вдруг заинтересовала мальчика и заставила его широкие
  глаза раскрыться еще шире. Сверху вниз вдоль странички было напечатано
  шесть рисунков, изображавших сложенные разными способами руки, тени
  которых, отброшенные на белую стену, образовали темные силуэты: головку
  барышни в какой-то смешной рогатой шляпке, голову осла, быка, сидячую
  фигуру белки и еще что-то в этом же роде.
   Володя, улыбаясь, углубился в рассматривание рисунков. Ему знакома
  была эта забава: он сам мог сложить пальцы одной руки так, чтобы на стене
  появилась заячья головка. Но здесь было кое-что, чего Володя еще не
  видывал; и, - самое главное, - здесь все были фигуры довольно сложные, для
  двух рук.
   Володе захотелось воспроизвести эти тени. Но теперь, при рассеянном
  свете догоравшего осеннего дня, конечно, ничего хорошего не выйдет.
   Надо взять книжку к себе, сообразил он, - ведь она же не нужна.
   В это время услышал он в соседней комнате приближающиеся шаги и голос
  матери. Покраснев отчего-то, он быстро сунул книжку в карман и отошел от
  рояля, навстречу своей маме. Она подходила к нему, ласково улыбаясь, такая
  похожая на него, с такими же широкими глазами на бледном прекрасном лице.
   Мама спросила, по обыкновению:
   - Что у вас сегодня новенького?
   - Да ничего нового, - хмуро сказал Володя.
   Но ему сейчас же показалось, что он говорит с мамою грубо, и стало от
  этого стыдно. Он ласково улыбнулся