Не слышно дыхания, - он спит
  так тихо, что маме страшно. Она стоит, окруженная смутными тенями,
  обвеянная смутными страхами.
  
   XXV
   Высокие церковные своды темны и таинственны. Вечерние песни подымаются
  к этим сводам и звучат там торжественной грустью. Таинственно, строго
  смотрят темные образа, озаренные желтыми огоньками восковых свечей. Теплое
  дыхание воска и ладана наполняет воздух величавой печалью.
   Евгения Степановна поставила свечу перед иконою Богоматери и стала на
  колени. Но молитва ее рассеянна. Она смотрит на свою свечу. Огонь ее
  зыблется. Тени от свеч падают на черное платье Евгении Степановны и на пол
  и отрицательно колышутся.
   Тени реют по стенам церкви и утопают вверху, в этих темных сводах, где
  звучат торжественные, печальные песни.
  
   XXVI
   Другая ночь.
   Володя проснулся. Темнота обступила его и беззвучно шевелится.
   Володя высвободил руки, поднял их и шевелит ими, устремляя на них
  глаза. В темноте он не видит своих рук, но ему кажется, что темные тени
  шевелятся перед его глазами...
   Черные, таинственные, несущие в себе скорбь и лепет одинокой тоски...
   А маме тоже не спится, - тоска томит ее.
   Мама зажигает свечу и тихонько идет в комнату сына, взглянуть, как он
  спит.
   Неслышно приотворила она дверь и робко взглянула на Володину кровать.
   Луч желтого света дрогнул на стене, пересекая Володино красное одеяло.
  Мальчик