шники, напряженно вслушиваясь.
   - Сэр, она ушла на глубину, я едва слышу ее... Подождите, четыре тысячи футов. Ах ты дерьмо, она под нами!
   - Полный вперед! - приказал Даниельсон. Покалеченная сорокалетняя подлодка бросилась вперед, пытаясь набрать скорость больше десяти узлов. Мегалодон поднялся снизу, снова нацеливаясь на то, что казалось ему хвостом этого существа. Его нос ударился в сталь на скорости свыше тридцати пяти узлов. Все машинное отделение сразу же получило открытую пробоину.
   Кроме того, от столкновения треснули кормовые балластные цистерны. Килевое пространство заполнилось водой, и лодка получила дифферент сорок пять градусов. Но самым опасным был удар в машинное отделение. Помощник механика Дэвид Фрейман в темноте повалился на спину, ударился головой о пульт управления и потерял сознание. Лейтенанта Арти Кравеца прижало сломанным шпангоутом и раздробило ему левую лодыжку. Когда в машину потекла вода, он все-таки сумел освободиться, переползти в соседний отсек и задраить водонепроницаемую дверь. Еще несколько секунд, и туда хлынула бы вода.
   - Рапорты о повреждениях! - скомандовал Даниельсон.
   - Машинное отделение затоплено, - доложил главный механик Хеллер. - Я не могу...
   Его заглушил громкий вой сирен. Включились красные аварийные мигалки.
   - Поврежден прочный корпус! - закричал он. - Кто-то должен заделать пробоину.
   - Рулевой, сжатый воздух в балластные цистерны, подъем! Хеллер, спуститесь в реакторный отсек...
   - Уже иду!
   "Наутилус" поднимался под углом сорок пять градусов, все еще накренившись на левый борт. Хеллер бежал через лабиринт полнейшего хаоса. Во всех отсеках люди или помогали раненым, или пытались заткнуть тысячи протечек, из которых фонтанами била вода. Половина приборных стоек была повалена.
   Когда Хеллер вошел в отсек, лейтенант Кравец яростно переключал тумблеры, вырубая