нять, что же случилось. "Магнат" дрейфовал: у него не работали обе машины. Бад взглянул в сторону как раз в тот момент, когда винты вертолета исчезли под волнами.
   - Пусть они затрахаются, - пробормотал он и нажал кнопку "Пуск", пытаясь запустить двигатели. Безрезультатно. - Вот дерьмо! Даниельсон, Хеллер! Где эти затраханные парни?
   Бад поднялся на палубу и нашел обоих у транца.
   - Ну, раздолбали вы его?
   Даниельсон и Хеллер переглянулись.
   - Похоже, да, - не очень уверенно ответил Даниельсон.
   - Похоже, вы и сами толком не знаете, - настаивал Бад.
   - К сожалению, - объяснил Даниельсон, - нам пришлось сбросить бомбу преждевременно, когда налетел этот сумасшедший.
   - Надо сматываться отсюда, - сказал Хеллер.
   - Да, парни, вот с этим у нас уже проблемы, - ответил Бад. - Машины не работают. Ваша проклятая бомба что-то повредила, а я ведь не такой уж великий механик.
   - Боже, значит, мы застряли здесь с этим мегом? - Хеллер покачал головой и сжал зубы.
   - Фрэнк, поверь мне, чудовище погибло, - сказал Даниельсон. - Вот увидишь, оно вот-вот всплывет кверху брюхом.
   Хеллер посмотрел на своего бывшего командира:
   - Дик, это же долбаная акула. Они не всплывают. Если она сдохла, значит, пойдет на дно.
   Неожиданно слева раздался громкий всплеск. Яхта как будто нырнула, потом на трапе появилась рука. Мак вскарабкался на борт "Магната".
   - Прекрасное утро, правда? - произнес он и повалился на палубу.
   Джонас лежал на животе; клаустрофобия мешала ему дышать. У "Планера Бездны" левый руль глубины запутался в сети, и аппарат неподвижно стоял на уровне носа мегалодона. Будто во власти каких-то ужасных чар, Джонас наблюдал, как серо-голубой глаз непроизвольно фокусировался на крошечном "ПБ".
   "Она слепа, - подумал Джонас, - но чувствует, что я здесь".
   Хвостовой плавник начал тяжело хлестать