подожди минут десять, а может быть, всего пять, если она рожа. Что до моего приятеля, не плати сразу все, только половину. Вторую отдашь, когда вернешься, а не то придется возвращаться вплавь.
   - Спасибо за совет, - ответил Джонас. Он проводил взглядом своего друга, похромавшего к обшарпанному зеленому строению, которое он отрекомендовал как таверну, а сам закинул на плечо рюкзак и пошел в противоположную сторону, к берегу. Наплывавшие облака закрыли звезды, но Тихий океан был гладок как стекло.
   Джонас Тэйлор познакомился с Джеймсом Макрайдсом семь лет назад в "яме для чокнутых", как они оба называли это место. После аварии на "Сиклифе" Джонас провел несколько недель в морском госпитале, затем его поместили на девяносто дней в психиатрическое отделение для обследования. Именно там целая бригада военных психиатров пыталась убедить акванавта, что все события в Марианском Желобе не что иное, как галлюцинация. После двух месяцев такой "помощи" Джонас, разлученный с Мэгги и поставивший уже крест на своей карьере, впал в глубокую депрессию. Покинуть психушку невозможно, и он чувствовал себя одиноким и преданным.
   И тогда-то он встретил Мака.
   Джеймс Макрайдс был рожден для того, чтобы издеваться над начальством. В двадцать три года его призвали на службу, дали чин капитана и послали со 155-м корпусом штурмовых вертолетов в Камбоджу, еще задолго до официального появления там американских войск. Мак летал на морских "Кобрах" и пережил все безумие Вьетнама только потому, что решал сам, где и когда вести войну. Он не оспаривал дурацких приказов, но делал при этом что-нибудь совсем другое. Когда его посылали бомбить тропу Хо Ши Мина, Мак со своей эскадрильей вертушек заявлялся в какой-нибудь госпиталь, забирал там сестер и вместе с подчиненными проводил день на пляже острова Консон. А вечером подавал рапорт о том, как его люди в пух и прах "раздолбали"