нул в сторону за долю
  секунды до того, как грянул второй выстрел, и покатился в заросли. В ушах у
  него звенело, но сквозь этот звон он услышал мокрый шлепок и лязг дроби по
  металлу. Дэн отполз в лесок, окружавший коттедж, от испуга забыв обо всем,
  кроме того, что нужно бежать без оглядки.
   А за спиной Дэна Хармон Де Кейн смотрел, как его рубашка становится
  красной. Выстрел приподнял его и ударил о грузовик, но он все еще
  удерживался на ногах. Он прижал руки к животу, но кровь продолжала бежать
  между пальцами. Он не отрываясь смотрел вперед, сквозь облако дыма между ним
  и его женой, и непрерывно моргал.
   - Ты все-таки сделала это, - сказал он и сам удивился тому, каким
  спокойным был его голос. Он не чувствовал никакой боли; только от желудка до
  самого паха его пронзал холод.
   Ханна едва не задохнулась от ужаса. Она вообще не собиралась стрелять;
  она хотела только пригрозить убийце ружьем, но его рюкзак задел ствол, и она
  дернула пальцем. Но, нажимая второй курок, она уже целилась специально,
  чтобы свалить его, прежде чем он добрался бы до нее. Хармон продолжал не
  отрываясь смотреть на жену и, его колени медленно начали подгибаться. А
  потом ярость прогнала оцепенение, охватившее Ханну, и она заревела:
   - Ведь я говорила тебе, чтобы ты не стоял на дороге! Разве ты не слышал,
  что я говорила тебе?
   Колени Хармона коснулись земли. Он сделал глотательное движение и
  почувствовал во рту привкус крови.