мужество по-прежнему ее не покинуло. Она отважно двинулась
  дальше к мужчине, который чуть не задушил ее сына, который застрелил
  человека, навстречу тому, у кого за плечами стоял ужас всей той войны, с
  первого дня до того, когда последний вертолет покинул Сайгон. Сьюзан
  остановилась перед Дэном на расстоянии шага.
   - Ты хорошо выглядишь, - сказал он, и это была правда. Когда они
  разводились, Сьюзан была на грани истощения, но теперь она выглядела бодрой
  и здоровой.
   Несомненно, ее нервы успокоились, когда его не стало рядом. Она обрезала
  свои темно-каштановые волосы почти до самых плеч, и Дэн мог с уверенностью
  сказать, что в них появилось много седых прядей. Ее лицо стало еще более
  красивым, чем он помнил. И более уверенным. В ее серо-зеленых глазах была
  какая-то боль. Она по-прежнему носила джинсы и голубую блузку с короткими
  рукавами. Сьюзан по-прежнему была Сьюзан: минимум косметики, никаких
  блестящих побрякушек - ни одного намека на то, что она была кем-то еще,
  кроме как женщиной, не признающей притворства. - Должно быть, у тебя все
  хорошо, - сказал он.
   - Да. У нас обоих все хорошо. - Он бросил тревожный взгляд на дорогу, и
  Сьюзан добавила:
   - Со мной нет полиции.
   - Я тебе верю.
   - Я сказала, что ты звонил, и что я боюсь оставаться дома. Я собралась
  быстро, но они прислали человека, который проводил меня до Холидей-Инн. И
  еще целый час торчал на стоянке возле мотеля. Потом