ая, кем я был раньше и все остальное. Но я просто не мог
  сказать ему всего несколько слов по телефону, а потом навсегда исчезнуть.
  Позволь мне взглянуть на него. Это будет самое лучшее, что ты могла бы для
  меня сделать.
   - Он и твой сын тоже, - сказала она. - Ты имеешь право.
   - Ты хочешь сказать, что я могу посидеть с ним несколько минут в машине?
  Только я и он?
   Сьюзан кивком показала на "тойоту". Дэн пошел к машине; сердце его бешено
  колотилось. Он открыл дверцу со стороны водителя и взглянул на мальчика.
   Привет, Чед, - так собирался он начать, но сейчас не мог произнести ни
  слова. В свои семнадцать лет Чед был уже настоящим мужчиной. Рослый и
  широкоплечий - таким в его возрасте был и Дэн. Он так изменился по сравнению
  с фотографией, которая осталась у Дэна - она так и пропала в том придорожном
  мотеле, - что при взгляде на него у Дэна сжалось сердце. Лицо Чеда утратило
  детскую округлость и мягкость и обрело угловатость и твердость зрелости. Его
  песочного цвета волосы были коротко подстрижены, кожа покрыта ровным
  загаром. Дэн уловил запах туалетной воды; молодой человек, должно быть,
  побрился, прежде чем уехать с матерью из мотеля. Чед был одет в брюки
  защитного цвета и синюю с красным футболку, на его руках отчетливо выступали
  мускулы. Дэн подумал, что он, должно быть, много работал на воздухе - может
  быть, монтировал освещение или убирал дворы. Выглядел Чед замечательно, и
  Дэн понял, что все будет гораздо