ржавые дверные петли. Арден все
  так же сидела на стуле и всматривалась в коридор, который начинался прямо за
  окном регистратуры. Дэн заметил, что маленький розовый мешочек теперь лежит
  у нее на коленях. Когда он встал и поплелся к фонтану, Арден вновь убрала
  мешочек в сумочку. Затем она поднялась, потому что в коридоре возникло
  движение.
   Темноволосая женщина в белом халате толкала перед собой инвалидное
  кресло, а в кресле сидел дряхлый негр в красном клетчатом халате, кожаных
  тапочках и лимонно-желтых вязаных носках. Арден устремилась навстречу
  человеку, ради которого она ехала в такую даль.
   Теперь Юпитеру было семьдесят восемь лет. Его лицо было покрыто
  морщинами, как высохшее русло реки, а седые волосы исчезли, за исключением
  двух белых клочков за ушами. Арден не сомневалась, что и она сама изменилась
  - узнает ли он ее? Впрочем, удар, который он пережил два года назад, не
  затронул зрительных нервов. Его глаза засияли, едва он увидел Арден.
  Племянник Юпитера сказал ей, что этот удар случился с его дядюшкой через
  пять месяцев после смерти жены; Арден знала, что вся правая половина его
  тела парализована. Ей было тяжело услышать об этом: она помнила Юпитера
  здоровым и полным сил. Что ж, десять лет - срок немалый. Она шагнула ему
  навстречу и взяла его безвольные руки в свои.
   - Миз Арден, - с трудом прохрипел он. - Ты выросла.
   Она улыбнулась ему самой нежной улыбкой, на какую только была