этого места, но Бог не откликнулся, а плач все
  нарастал, нарастал, нарастал...
   - А-а!.. - закричал он.
   И сел; лицо его было искажено.
   - Боже мой! - раздался чей-то голос. Голос был женский. - Ну и перепугал
  же ты меня!
   Плач. Он все еще слышал его. Он не знал, где находится, его разум еще был
  одурманен дымом Вьетнама. Но через несколько секунд он немного опомнился.
  "Полиция!" - мелькнуло у него в голове. Он увидел окно и хотел подняться и
  подбежать к нему, но ноги не слушались, а боль в голове была просто адовой.
  Он сел на край кровати и прижал пальцы к вискам.
   - Я уже минут пять пытаюсь тебя разбудить. Ты был как мертвец. А потом
  так неожиданно сел, что я подумала; уж не собрался ли ты пройти прямо сквозь
  стену.
   Дэн едва слышал ее. Он прислушивался к сиренам. Что бы это ни было..,
  полицейская машина, пожарная или "скорая помощь".., она быстро затихала,
  уносясь прочь. Дэн потер виски и попытался понять, где же он все же
  находится. Казалось, что его мозг заперли на замок и ключ потеряли.
   - С тобой все в порядке?
   Дэн поднял глаза на девушку, которая стояла возле кровати. Правая часть
  ее лица была глубокого фиолетово-красного цвета. Родимое пятно ужасных
  размеров. Ее зовут Арден, припомнил он. Арден Холлидей. Нет. Холлидей. Он
  вспомнил стоянку грузовиков, юнца в футболке с надписью "Ханой Джейнс" и
  бейсбольную биту, утыканную гвоздями.
   - Вот, принесла тебе поесть, - сказала Арден и протянула