колеса, который нашла в микроавтобусе.
   - Только тронь меня, и я разнесу тебе голову, - сказала она.
   Они смотрели друг на друга несколько секунд, как пара настороженных и
  испуганных животных. Наконец Дэн сказал:
   - Ну вот, ты добилась моего внимания. Так о чем ты хотела поговорить?
   - Так значит это ты? Ты убил двух человек?
   - Это я, - ответил он. - Но я не убивал двоих. Только мужчину в
  Шривпорте.
   - О, и от этого, по-твоему, мне легче?
   - В настоящее время меня нисколько не интересует, что ты чувствуешь. Это
  ведь не тебя посадят в тюрьму. Я полагаю, ты уже позвонила в полицию?
   - Может быть, позвонила, - сказала она. - А может быть, и нет.
   - Ты слышала, что за меня назначена награда в пятнадцать тысяч долларов?
  Этого с лихвой хватит на то, чтобы убрать твое пятно. Поняла? Пусть этот
  день будет самым удачным в твоей жизни'.
   - Не заставляй меня спешить, - предупредила она. - Клянусь, я ударю тебя.
   - Я вообще никого не тороплю. Куда же я пойду в полотенце? Ты хотела мне
  сказать, чтобы я оделся, пока полиция еще не приехала?
   - Я ее не вызывала. Пока, во всяком случае.
   - Ну, тогда выполняй свой долг. Как я понимаю, мое дело бежать. - Он
  повернулся к ней спиной и пошел к своим вещам, которые лежали на стуле возле
  двери ванной.
   Арден не входила в комнату. Она смотрела, как он сбросил полотенце и
  начал одеваться. Тело его было худым и жилистым, сквозь кожу спины проступал
  позвоночник. Мышцы казались