хнулся на нее кулаком. Испуганный крокодил с шумом ретировался, а
  Пелвис, поднявшись на ноги, вновь потащил Флинта вперед.
   Все новые и новые крокодилы поднимались со дна, чтобы принять участие в
  дележке; видя, что косточек всем не достанется, они начали проявлять интерес
  к людям. Пока Пелвис целеустремленно тащил Флинта к причалу, тот делал все
  возможное, чтобы удержать крокодилов на расстоянии: бил ногами, шлепал по
  воде ладонью и выкрикивал какую-то бессмыслицу.
   Но аллигаторы не отставали. Флинт сумел снять на ходу туфлю и теперь
  колотил ею по воде. Внезапно тяжелая туша, обросшая серыми раковинами,
  поднялась на поверхность; распахнулись огромные челюсти. Флинт обрушил свое
  оружие на череп аллигатора, целясь в глаз, и челюсти с щелчком захлопнулись.
  Крокодил рванулся в сторону, не желая связываться с такой беспокойной
  добычей, но, на беду, задел руку Флинта. Его грубая шкура, словно наждак,
  содрала с нее кожу от локтя до запястья, и теперь в воде появилась кровь.
   - Вытащите их! Вытащите, черт побери! - раздался чей-то крик.
   Они добрались до края причала, который на три фута поднимался над уровнем
  воды в загоне. Пелвис, потерявший парик, с искаженным лицом, перемазанным
  коричневой грязью, пытался ухватиться за балки и вскарабкаться вверх, но
  даже сила, рожденная исступлением, не могла ему в этом помочь, пока на руке
  у него висел Флинт. А крокодилы, почуяв кровь, устремились к ее источнику,
  щелкая челюстями