апно набрасывался на Пегги с
  упреками. Он мог замолчать, не договорив фразу до конца. У него ухудшилась
  память. Вуди договаривался о встречах и не приходил. Он приглашал людей в
  свой дом, а сам оказывался совсем в другом месте, когда они приезжали. Всех
  тревожило состояние его здоровья.
   Вскоре он стал публично оскорблять Пегги. Как-то раз, принеся гостю
  чашечку кофе, Пегги чуть расплескала его, и Вуди пренебрежительно бросил:
  "Официантка всегда останется официанткой".
   Он начал поколачивать Пегги. Люди, видя синяки, естественно, спрашивали,
  что случилось, но она всячески выгораживала мужа, отвечая: "Я наткнулась на
  дверь" или "Я упала". Общество негодовало. Теперь все жалели Пегги. Если же
  своим поведением Вуди оскорблял кого-то еще, Пегги опять вставала на защиту
  мужа.
   - Вуди пришлось столько пережить, - говорила она. - Он просто не в себе.
   Пегги никому не позволяла ругать своего мужа.
  
  ***
  
   Разгадку происходящего нашел доктор Тичнер, Как-то раз он попросил Пегги
  заглянуть к нему. Она заметно нервничала.
   - Что-то не так, доктор?
   Он всмотрелся в ее лицо. Синяк на щеке, заплывший глаз.
   - Пегги, тебе известно, что Вуди принимает наркотики?
   Ее глаза негодующе сверкнули.
   - Быть такого не может!
   - Присядь, Пегги. Пора тебе взглянуть правде в