ет целая
  улица, вся заваленная снегом. И вот она прошла по улице, а потом
  свернула на дорожку и вошла в дом. Вот это было лучше всего - сидеть в
  квартире и смотреть стеновидение. Правда, Джефф называл это
  мозговидением, но это в конце концов не так уж важно.
   - Джефф - это тот парень, с которым ты жила?
   - Да. А хуже всего мне было как-то раз, когда я решила прочистить
  вантузом кухонную раковину. Не знаю, чего это вдруг на меня нашло.
  Часто, когда улетаешь, тебе приходят в голову разные странные мысли -
  впрочем, тогда они кажутся тебе совершенно естественными. У меня
  возникло такое чувство, что я просто обязана прочистить раковину. И
  тогда я взяла вантуз и стала ее чистить. И все это дерьмо полезло
  обратно из стока. Я до сих пор не знаю, что из этой дряни было
  настоящим, а что просто привиделось мне. Кофейная гуща. Драный кусок
  рубашки. Огромные комья застывшего жира. Красная жила, похожая на кровь.
  А потом рука. Рука какого-то парня.
   - Что?
   - Рука, говорю. Я крикнула Джеффу, что кто-то запихнул к нам в сток
  трубу. Но он, оказывается, куда-то ушел, и я была в квартире одна. Я
  поднатужилась и вытащила руку по локоть. Рука лежала в раковине, вся
  испачканная кофейной гущей, но предплечье-то уходило вниз, в
  канализацию! Я на минутку пошла в гостиную проверить, не вернулся ли
  Джефф, а когда я пришла обратно на кухню, руки уже не было. Это