азалось, что она вздохнула. - Барт, зачем ты позвонил?
   - Мне кажется, нам необходимо встретиться, - сказал он осторожно. -
  Встретиться и все обговорить.
   - Ты имеешь в виду развод? - Она произнесла эту фразу достаточно
  спокойным тоном, но ему показалось, что на этот раз в ее голосе
  послышалась паника.
   - Ты этого хочешь?
   - Я не знаю, чего я хочу. - Ее спокойствие дало трещину, и теперь ее
  голос звучал сердито и испуганно. - Я думала, что у нас все прекрасно. Я
  была счастлива и думала, что ты тоже счастлив. А потом все это рухнуло,
  как карточный домик. За один день.
   - Ты думала, что у нас все прекрасно, - повторил он. Неожиданно он
  почувствовал к ней острую ненависть. - Если ты действительно так думала,
  то и глупая же у тебя башка. Неужели ты решила, что я бросил работу
  просто так, в качестве розыгрыша, словно старшеклассник, который швыряет
  петарды в женский туалет?
   - Тогда в чем же дело, Барт? Что с тобой случилось? Объясни?
   Гнев его стремительно растаял, словно гнилой желтоватый сугроб, и под
  ним обнаружились слезы. Он попытался подавить их чувствуя себя
  преданным. В трезвом виде этого не должно было случиться. Когда ты
  трезв, так твою мать, ты должен держать себя в руках. Ты только посмотри
  на себя: готов вывернуть свою душу наизнанку и рычать, уткнувшись ей в
  колени словно мальчишка, упавший со скейта и содравший себе коленку. Но
  он не мог объяснить ей, что с ним произошло,