о сказать, что в куче дерьма я нашел розу.
   - Ну и как роза?
   Том вздохнул в трубку. - Да не так уж чтоб очень, - сказал он. - Но
  мне уже за пятьдесят. Трудно меняться в таком возрасте. Наверное, то же
  самое было бы и в Уотерфорде.
   - Том, так вот, по поводу того, что я сделал...
   - Я не хочу ничего об этом слышать, Барт. - Том явно чувствовал себя
  не в своей тарелке. - Это касается только тебя и Мэри.
   - Ладно.
   - Ну... И как ты там?
   - Неплохо. Присмотрел себе кое-какую работу.
   - Рад это слышать. - Том выдержал такую паузу, что тишина в трубке
  сгустилась до твердого состояния, и он уже было собирался поблагодарить
  его за звонок и кончить этот разговор, когда Том добавил:
   - Стив Орднер звонил и спрашивал о тебе. Он звонил мне прямо домой.
   - Когда?
   - На прошлой неделе. Похоже, он страшно зол на тебя, Барт. Он все
  спрашивал меня, не знает ли кто, зачем ты продинамил корпорацию с
  уотерфордским заводом и кто тебе за это заплатил. Но разговор шел не
  только об этом. Он еще много чего о тебе спрашивал.
   - Например?
   - Например, уносил ли ты что-нибудь к себе домой, ну, там, порошок
  или что-нибудь из офиса. Брал ли ты деньги из ссудной кассы, не оставляя
  расписки. Вел ли ты какие-нибудь махинации за спиной у компании. Он даже
  спросил у меня, не брал ли ты взятки от хозяев мотелей.
   - Вот это сукин сын, - сказал он удивленно.
   - Короче, он ищет на тебя компромат, Барт, чтобы хорошенько