ванулся из него, словно курьерский поезд, проносящийся мимо маленькой
  богом забытой станции. Испражнения падали в воду с отвратительным
  плюханьем. Он застонал и обхватил голову руками. Не вставая, он
  помочился, окутанный теплым облаком густого запаха своего собственного
  дерьма.
   Он спустил воду и пошел вниз на деревянных ногах, захватив с собой
  чистую одежду. Он решил подождать, пока ужасающий запах не выветрится, а
  потом принять ванную. Может быть, он будет отмокать там целый день
  напролет.
   Он положил в рот три таблетки экседрина из зеленого пузырька,
  стоявшего на полочке над кухонной раковиной, и запил их двумя изрядными
  глотками пепто-бисмола. Он поставил чайник, чтобы выпить кофе, и разбил
  свою любимую чашку, снимая ее с крючка. Он убрал осколки, взял другую
  чашку, насыпал туда растворимого кофе "Максвелл" и отправился в
  столовую. Там он включил радио и покрутил ручку настройки в поисках
  новостей, которые, как и полицейские, всегда куда-то пропадали в нужный
  момент. Поп-музыка. Сводки с полей. Ток-шоу "Позвоните нам". Объявления
  от частных лиц. Пол Харви продает страховку. Снова поп-муэыка. Никаких
  новостей.
   Чайник вскипел. Он настроил радио на одну из станций, передающих
  поп-музыку, заварил на кухне кофе и принес его в столовую. Он выпил кофе
  без сливок и без сахара. После первых двух глотков им овладел сильный
  позыв к рвоте, но потом стало лучше.
   Наконец-то