.
  
  Все окна были ярко освещены - ну его в задницу, этот энергетический кризис. Темнели лишь окна гостиной - чтобы люди не чувствовали себя стесненными во время медленных танцев и смело могли засовывать руку в пах партнеру. Даже сквозь мощное звучание прогнанной через усилитель музыки он различал сотню голосов, оживленно участвующих в пятидесяти разговорах, словно Вавилонская башня упала всего лишь несколько секунд назад.
   Ему пришло в голову, что будь сейчас лето или даже осень, было бы,
  пожалуй, еще забавнее остаться на улице и следить за этим балаганом по
  доносящимся звукам, выстраивая график веселья, отмечая его кульминацию и
  неизбежный упадок. Неожиданно в голове его возник ошеломляющий, пугающий
  образ: он стоит на лужайке перед домом Уолтера Хэмнера со свитком
  электроэнцефаллограммы в руках и разглядывает беспорядочные пики и спады
  мозга, принимающего участие в какой-то безумной вечеринке. Он поежился и
  засунул руки в карманы, чтобы хоть немного согреть их.
   Его правая рука снова натолкнулась на маленький пакетик, и он вынул
  его из кармана. Заинтересовавшись, он развернул его, не обращая внимания
  на холод, вгрызавшийся тупыми зубами в кончики его пальцев. Внутри
  оказалась маленькая темно-красная таблетка, которая вполне могла бы
  уместиться на ногте его мизинца. Она была гораздо меньше, нежели, к
  примеру, грецкий орех. Неужели такая маленькая штучка может повергнуть
  его во временное безумие, заставить его