чную, - сказал он и краем глаза
  заметил, как Мэри болезненно вздрогнула, словно кто-то легонько стукнул
  ее по месту старого ушиба.
   - Вот как? Расскажи, чем ты сейчас занимаешься?
   - Пока ничем, - усмехнулся он. - Лучше ты расскажи мне, участвовал ли
  ты в забастовке владельцев частных грузовиков?
   Лицо Джексона, и так уже потемневшее от алкоголя, потемнело еще
  сильнее. - Ты прав, черт возьми, участвовал. Еще бы не участвовать! Ты
  знаешь, сколько эти разнесчастные ублюдки из Огайо требуют с нас за
  дизельное топливо? 31,90! В результате прибыль у меня получается не
  двенадцать процентов, а всего лишь девять. Не говоря уже об этом
  чертовом ограничении скорости... И он принялся распространяться о
  превратностях владельца частной транспортной фирмы в стране, у которой
  неожиданно начался тяжелый приступ энергетической кессонной болезни.
  Барт слушал и поддакивал в подходящих местах, посасывая потихоньку свой
  коктейль. Мэри извинилась и отправилась на кухню, чтобы раздобыть себе
  стакан пунша. Человек в автомобильном пыльнике танцевал эксцентрический
  чарльстон под старую песню братьев Эверли. Все вокруг хохотали и
  аплодировали.
   Жена Джексона, мускулистая женщина с пышной грудью и морковно-рыжими
  волосами, подошла и была ему представлена. Чувствовалось, что она уже
  немало выпила и держалась на ногах с некоторым трудом. Взгляд ее был
  затуманенным и бессмысленным. Она протянула