а он не продал ее мальчишке,
  живущему вверх по улице, за девять долларов и картонную коробку разных
  юмористических книжонок.
   Другие патроны не выглядели такими знакомым. Тридцать-тридцать,
  тридцать-ноль-шесть, а некоторые вообще были похожи на масштабную модель
  гаубичных снарядов. Интересно, каких животных убивают этими штуками? -
  подумал он. Тигров? Динозавров? И все же ему нравился вид этих патронов,
  лежащих под стеклом витрины, словно дешевые карамельки в привокзальном
  магазинчике.
   Человек, бывший, по-видимому, продавцом или владельцем магазина,
  разговаривал с толстым мужчиной в зеленых штанах и зеленой робе. Роба
  была с накладными карманами. Они разговаривали о пистолете, который
  лежал в разобранном состоянии на одной из витрин. Толстяк вдвинул
  обратно затворную рамку, и оба принялись рассматривать смазанный маслом
  патронник. Толстяк что-то произнес, и человек за прилавком рассмеялся.
   - Автоматические всегда заклинивают, говоришь? Это тебе твой папаша
  напел, Мак. Сознайся.
   - Гарри, ты весь набит дерьмом, по самые брови.
   "Ты весь набит им, Фред, - подумал он. - По самые брови. Ты знал об
  этом, Фред?".
   Фред ответил, что знал.
   Справа была стеклянная витрина, уходившая к самому концу магазина. На
  ней были выставлены подвешенные на крючки винтовки. Он был в состоянии
  отличить двуствольные дробовики, но все остальное было для него полной
  загадкой. И тем не менее некоторые люди