Чикаго
  стал ее сценой, на которой она была истинной примадонной.
   Дела Лары опережали ее самые дерзкие мечты, но личной жизни у нее не
  было. Воспоминания о связи с Шоном Макалистером вызывали у нее отвращение
  к сексу, и она ни разу так и не встретила ни одного мужчины, к которому
  сохранила бы интерес дольше, чем в течение одного-двух вечеров. Где-то в
  глубине Лариного сознания жил едва уловимый образ человека, которого она
  однажды уже видела и которого хотела увидеть снова. Однако ей никак не
  удавалось ухватить этот образ. Порой как мимолетное видение он вставал
  перед ее глазами, но мгновение спустя вновь исчезал.
   Поклонников у Лары было хоть отбавляй - от солидных бизнесменов до
  нефтяников и поэтов, включая ее собственных служащих. Со всеми мужчинами
  она была приветлива, однако никогда не допускала, чтобы их отношения
  заходили дальше, чем прощальное рукопожатие возле двери в ее апартаменты.
   Но затем Лара почувствовала влечение к старшему прорабу одной из ее
  строек Питу Райану, красивому и сильному улыбчивому молодому человеку с
  ирландским акцентом, и стала все чаще и чаще посещать объект, на котором
  он работал. Их разговоры всегда касались исключительно проблем
  строительства, но оба они понимали, что на самом деле речь шла о
  совершенно иных вещах.
   - Вы не будете возражать,