узыре, селезенке, печени и - что особенно ее интересовало - на
  сердце. Но Пейдж огорчал тот факт, что сама она не оперировала. "А как же
  принцип "Наблюдай, делай, учи других"?" - думала она.
   Ответ на этот вопрос Пейдж получила, когда ее вызвал к себе главный
  хирург Джордж Ингланд.
   - Пейдж, на завтра в половине восьмого в третьей операционной
  назначена операция по удалению грыжи.
   Она сделала пометку в своем блокноте.
   - Хорошо. Кто будет оперировать?
   - Вы.
   - Хорошо. Я... - Внезапно слова застряли у нее в горле. - Я?
   - Да. Какие-нибудь проблемы?
   Улыбка Пейдж осветила кабинет главного хирурга.
   - Никаких, сэр! Я.., спасибо!
   - Вы к этому готовы. Я считаю, пациенту повезло, что его будете
  оперировать вы. Его зовут Вальтер Херцог, палата 314.
   - Херцог. Палата 314. Хорошо.
   И Пейдж вышла из кабинета.
  
   ***
  
   Еще никогда она не испытывала такого возбуждения. "Мне предстоит
  первая операция! Я буду держать в своих руках человеческую жизнь! А что,
  если я не готова? Что, если сделаю ошибку? Вдруг по закону подлости все
  пойдет не так, как надо?" К тому времени, когда Пейдж закончила изводить
  себя этими вопросами, ее состояние было близко к панике.
   Она пошла в кафетерий, взяла чашку черного кофе и села за столик.
  "Все