, этаким отрицанием
  собственной смертности. Они присваивали трупам имена и прозвища, обращаясь
  с ними, как со старыми друзьями. Пейдж старалась заставить себя относиться
  к трупам с той же небрежностью, что и другие студенты, но для нее это
  оказалось совсем не просто. Она смотрела на труп, с которым работала, и
  думала: "У этого мужчины были дом и семья. Каждый день он ходил на работу,
  а раз в год отправлялся в отпуск с женой и детьми. Возможно, он любил
  спорт, с удовольствием смотрел кинофильмы и спортивные игры, смеялся и
  плакал, видел, как растут его дети, делил с ними их радости и огорчения.
  Возможно, у него были грандиозные, прекрасные мечты и он надеялся, что все
  они осуществятся..." Горькая радость и печаль охватили ее, потому что он
  был мертв, а она жива.
   Со временем, даже для Пейдж, вскрытие трупов стало обычным делом.
  "Вскрываем грудную клетку, осматриваем ребра, легкие, околосердечную
  сумку, вены, артерии, нервы".
   В первые два года в медицинском колледже много времени уделялось
  запоминанию длинных перечней внутренних органов человека. Сначала
  черепно-мозговые нервы: обонятельный, зрительный, глазодвигательный,
  блоковый, тройничный, отводящий, лицевой, слуховой, языкоглоточный,
  блуждающий, спинномозговой, подъязычный.
   Для