о так ни разу и не увидел ее. В тот день несколько
  магазинов по-прежнему оставались открытыми, но Ник все более убеждался в
  том, что город постепенно пустеет. Люди покидали город, уходя по лесным
  тропинкам и просекам, а, возможно, даже пересекая вброд реку Шойо.
   Сразу же после захода солнца он оказался в доме Бейкеров и увидел,
  что Джейн, неуклюже передвигаясь по кухне в своем халате для ванной,
  заваривает чай. Когда Ник вошел, она посмотрела на него с благодарностью,
  и он заметил, что жар у нее спал.
   - Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты ухаживал за мной, - сказала
  она спокойно. - Я чувствую себя гораздо лучше. Не хочешь ли чашку чая? - В
  этот момент она расплакалась.
   Он подошел в ней, опасаясь, что она может потерять сознание и упасть
  на раскаленную плиту.
   Она взяла его за руку, чтобы устоять на ногах, и положила голову ему
  на грудь.
   - Джонни, - сказала она в сгустившихся сумерках. - Бедный мой Джонни.
   Если б он только мог говорить, - подумал Ник мрачно. Но он мог только
  покрепче обнять ее и подвести к стулу.
   - Чай...
   Он указал на себя и усадил ее на стул.
   - Ладно, - сказала она. - Мне действительно лучше. Просто
  удивительно. Это просто... просто... - Она закрыла лицо руками.
   Он налил горячего чая и поставил чашки на стол. Некоторое время они
  пили чай в молчание. Она держала чашку двумя руками, словно маленький
  ребенок. Наконец