ридору, прокладываешь путь
  сквозь расщепленную дверь и смотришь вверх на гончие звезды - таков был
  стиль Гарольда.
   Волосы Гарольда были черными и жирными. Он был довольно высоким и
  весил почти двести сорок фунтов. Он предпочитал ковбойские ботинки с
  острыми носами, широкие кожаные ремни, которые ему приходилось постоянно
  подтягивать, так как его живот был значительно толще задницы, и цветастые
  рубашки, которые развевались на нем, как паруса.
   Он ее не заметил, так как смотрел на дом.
   - Есть кто-нибудь дома? - закричал он, а потом просунул руку в окно
  "Кадиллака" и просигналил. Звук ударил Фрэнни по нервам. Она не отозвалась
  бы, если бы не была уверена, что когда Гарольд будет садиться обратно в
  машину, он обязательно увидит ее на краю выкопанной ямы. На мгновение ей
  захотелось лечь на землю, уползти поглубже в сад и затаиться среди гороха
  и бобов до тех пор, пока он не уедет.
   Прекрати, - приказала она самой себе, - немедленно прекрати. В любом
  случае, он живой человек.
   - Я здесь, Гарольд, - позвала она.
   - Привет, Фрэн, - сказал он радостно, и глаза его с жадностью
  скользнули по ее фигуре.
   - Привет, Гарольд.
   - Я слышал, что ты делаешь успехи в сопротивлении смертельной
  болезни, поэтому я и заехал к тебе. Я объезжаю город. - Он улыбнулся ей,
  обнажая зубы, которые, в лучшем случае, лишь шапочно были знакомы с зубной
  щеткой.
   - Я очень