- Просто такое выражение, - сказал он, слегка зажмурившись от ее
  спокойной ярости. - В любом случае, что это там такое? Вон та яма?
   - Могила. Для моего отца.
   - Ааа, - протянул Гарольд тихим, встревоженным голосом.
   - Хочу пойти попить воды. Честно говоря, Гарольд, я дожидаюсь того
  момента, когда ты уйдешь. Я не в духе.
   - Понимаю, - сказал он напряженно. - Но Фрэн... в саду?
   Она уже пошла к дому, но, услышав его слова, яростно обернулась.
   - Ну, и что ты предлагаешь? Положить его в гроб и дотащить до
  кладбища? Но зачем все это? Он _л_ю_б_и_л_ этот сад! Но в любом случае,
  тебе-то какое до этого дело?
   Она расплакалась. Повернувшись, она побежала на кухню, зная, что
  Гарольд будет смотреть на ее покачивающиеся ягодицы, накапливая материал
  для порнофильма, постоянно прокручивающегося у него в голове.
   Она закрыла за собой дверь, подошла к раковине и быстро выпила три
  стакана холодной воды подряд.
   - Фрэн? - донесся до нее неуверенный, тихий голос.
   Она обернулась и сквозь стекло двери увидела Гарольда. Он выглядел
  озабоченно и несчастно, и Фрэн внезапно почувствовала к нему жалость.
  Гарольд Лаудер, разъезжающий по этому печальному, опустевшему городу в
  "Кадиллаке" Роя Брэннигана, Гарольд Лаудер, у которого, возможно, в жизни
  не было ни одного свидания, одержимый чувством, которое он, наверное, сам
  определял, как презрение к миру. К