иться
  кем-либо.
  
  
   Он уже больше не сидел у стены "Скруббы-Дуббы" - он уже прошел милю
  или даже больше по шоссе N_130 на северо-запад. Поутенвилль теперь
  расстилался под ним внизу, словно масштабная модель для детской железной
  дороги. Нефтяные резервуары были теперь всего лишь в полумиле от него. В
  одной руке он нес набор инструментов, а в другой - канистру с пятью
  галлонами бензина.
   Это было ужасно, но...
  
  
   После смерти Уэнделла Элберта Салли Элберт нашла работу в
  поутенвилльском кафе, и время от времени, в первом или втором классе, ее
  единственный оставшийся в живых ребенок, Дональд Мервин Элберт, стал
  поджигать чужие мусорные баки, а потом убегать.
   Смотрите, девочки, вот идет Мусорное Ведро, он подожжет ваши платья!
   Только когда он перешел в третий класс, взрослые обнаружили, кто это
  делает, и тогда появился шериф, старина Грили, и, наверное, так и
  получилось, что человек, пристреливший его отца у Методистской церкви,
  стал его отчимом.
   Эй, Карли, хочешь загадку: Как может твой отец убить твоего отца?
   Не знаю. Пяти, а как?
   Я и сам не знаю, но если ты - Мусорный Бак, то это очень просто!
   Хи-хи-хи-ха-ха-ха-хо-хо-хо!
  
  
   Теперь он стоял в самом начале посыпанной гравием подъездной дороги,
  и плечи его болели от тяжести набора инструментов и бензина. На воротах
  была надпись: НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ ЧИРИ ИНКОРПОРЕЙТЕД.