краснокожих негодующе раскачивался в воздухе.
   Она улыбнулась:
   - У тебя ведь одна рука не занята, а? У меня тоже.
   Они гладили друг друга и курили, и она весело болтала обо всякой
  всячине.
   А теперь, - сказала она, вынимая сигарету у него изо рта. Давай-ка
  посмотрим, сможешь ли ты закончить то, что начал. И если не сможешь, то
  очень может быть, что я разорву тебя на части.
   Он закончил к их обоюдному удовлетворению, и они уснули. Он проснулся
  после четырех, думая о том, что произошло. Он много трахался за последние
  десять лет, но то, что случилось сегодня, не было траханьем. Это было
  гораздо лучше, хотя и имело несколько декадентский оттенок.
   Ну, конечно, у нее было много любовников.
   Эта мысль снова возбудила его и он заставил ее проснуться.
   Так все и продолжалось до тех пор, пока они не нашли труп в парке. Но
  и раньше его кое-что обеспокоило. Две ночи назад он проснулся после двух и
  услышал, как она наливает в ванной стакан воды. Он подумал, что, наверное,
  она принимает еще одну снотворную таблетку. Скорее всего, она начала
  принимать их задолго до эпидемии супергриппа.
   А потом эта манера ходить за ним по пятам по квартире. Даже когда он
  принимал душ или облегчался, она стояла за дверью и что-то говорила ему.
   И вот теперь...
   Что ж ему - нести ее на своем горбу? Господи, ну уж нет. А ведь
  раньше она казалась ему вполне выносливой. Так