мгновенный стыд, но в то же время
  и злобное удовольствие. - Ты что, думала, что сможешь доехать до дома на
  такси, если ножки устанут?
   - Я не ду...
   - Боже мой! Он взъерошил волосы. - Конечно, ты не думала. Ты
  истекаешь кровью, Рита. Давно это у тебя?
   Голос ее был таким тихим и хриплым, что ему с трудом удалось
  расслышать ее слова даже в том сверхъестественном молчании, которое царило
  вокруг.
   - С тех пор как... ну, примерно с перекрестка Пятой и Сорок Девятой,
  кажется.
   - Ты натерла себе ноги двадцать кварталов назад и ничего мне об этом
  не сказала?
   - Я думала... может быть... это пройдет... не будет больше болеть...
  я не хотела... мы так хорошо шли... выбирались из города... я просто
  подумала...
   - Ты вообще не думала, - сказал он рассерженно. - Как мы теперь с
  тобой пойдем? Твои чертовы ноги выглядят так, словно тебя распяли.
   - Не ругай меня, Ларри, - сказала она, начиная плакать. - Пожалуйста,
  не надо... мне становится так плохо, когда ты... пожалуйста, не ругай
  меня.
   Ярость охватила его. Он крикнул ей прямо в лицо:
   - Сука! Сука! Сука!
   Слово вернулось тусклым и неясным эхом, отразившись от высоких жилых
  домов.
   Она закрыла лицо руками и, плача, опустила голову. Это его рассердило
  еще больше, и он предположил, что отчасти этот жест действительно
  объясняется нежеланием видеть. Как просто: закрыть глаза руками,