ение ему показалось, что сейчас он
  заплачет, и уж во всяком случае, он был уверен, что она-то заплачет точно.
  Это был Трогательный Момент. Поверх ее склонившегося плеча ему была видна
  дохлая кошка, наполовину вывалившаяся из мусорного контейнера. Когда она
  высвободилась из объятий, глаза ее были сухими.
   - Пошли, я приготовлю тебе завтрак. Ты ехал на машине всю ночь?
   - Да, - ответил он, и голос его слегка дрожал от избытка чувств.
   - Ну что ж, пошли. Не забудь вытереть ноги. Если ты наследишь, мистер
  Фримен просто убьет меня.
   Он прошел за ней мимо уничтоженных каменных собак и немного
  настороженно посмотрел на то место, где они стояли, просто чтобы убедиться
  в том, что они действительно исчезли, что его рост не стал меньше на два
  фута и что десятилетие восьмидесятых не вернулось обратно в область
  будущего. Она распахнула двери, и они вошли.
  
  
   После завтрака он стал стряхивать пепел в кофейную чашку, но она
  выхватила ее и поставила перед ним пепельницу. Чашка была полна гущей, и в
  нее вполне можно было стряхивать пепел. Пепельница была чистой, без
  единого пятнышка, и он стряхнул в нее пепел с некоторым угрызением
  совести. Его мать умела расставлять по всему пути небольшие капканы, так
  что скоро лодыжки начинали кровоточить, а ум заходил за разум.
   - Итак, ты вернулся, - сказала Элис. - Что привело тебя сюда?
   - Я скучал по тебе, ма.
   Она