ьет тебя. В
  девятнадцать сорок семь. А Джордж умрет ровно через шесть дней после того,
  как попадет в Корею. Этого времени как раз хватит на одно письмо, а потом
  - бах-бах-бах."
   "Вик, ты поможешь мне и заведешь эту лошадь сейчас, и это мое
  последнее слово."
   - Это у меня грипп, а не у нее, - прошептал он, вновь выныривая на
  поверхность.
   Он смотрел на дверь и думал о том, что даже для госпиталя она
  выглядит чертовски забавно. У нее были закругленные углы, по краям которых
  шли заклепки, а нижний косяк поднимался над кафельным полом дюймов на
  шесть.
   Даже такой плотник, как Вик Палфри мог бы
   (дай мне комиксы, Вик, ты уже насмотрелся вдоволь)
   (мама, он отнял у меня комиксы! Отдай назад! Отдааай, говорю тебе)
   соорудить дверь и получше. Да она ведь
   (стальная)
   Мысль вонзилась ему гвоздем в мозг, и он попытался приподняться,
  чтобы разглядеть дверь получше. Ну да, так и есть. Именно так и есть.
  Стальная дверь. Зачем это в госпитале нужна стальная дверь? Почему его
  здесь заперли? Что случилось? Действительно ли он смертельно болен? Не
  пора ли ему подумать о том, как он предстанет перед Господом? Господи, что
  с_л_у_ч_и_л_о_с_ь_? Он безуспешно попытался проникнуть сквозь серый туман,
  но лишь голоса доносились до него, очень далеко, голоса, обладателей
  которых он не мог вспомнить.
   "А я вам говорю, что... им просто надо сказать...