пуму и застрелили ее.
  На обратном пути в город мы протащили ее двадцать миль по грязи. То, что
  осталось от зверя, когда мы пришли домой, было самым печальным зрелищем,
  которое я когда-либо видел в своей жизни. Ты занимаешь второе место после
  пумы, паренек.
   Ник подумал про себя, что это похоже на хорошо подготовленный и
  заученный монолог, приберегаемый специально для заезжих посетителей
  тюремных камер.
   - Как тебя зовут?
   Ник указал пальцем на свои распухшие и разодранные губы и покачал
  головой.
   - Ты что, не можешь говорить?
   Ник сделал жест, словно он пишет в воздухе невидимой ручкой.
   - Тебе нужен карандаш?
   Ник кивнул.
   - Если ты немой, то почему у тебя нет специальных карточек?
   Ник пожал плечами. Он вывернул свои пустые карманы. Потом сжал
  кулаки, поднес их к вискам, закатил глаза и прислонился к прутьям решетки.
  Потом он указал на пустые карманы.
   - Тебя ограбили.
   Ник кивнул.
   Человек в хаки повернулся и отправился с свой кабинет. Через
  мгновение он вернулся с тупым карандашом и блокнотом. Все это он просунул
  Нику между прутьями решетки. На каждом листке блокнота вверху было
  написано: "Канцелярия шерифа Джона Бейкера".
   Ник указал карандашом на имя и вопросительно поднял брови.
   - Да, это я. А ты кто?
   "Ник Андрос", - написал Ник и просунул руку сквозь прутья решетки.
   Бейкер покачал головой.