... это шутка? Или розыгрыш?
   - Нет, папа.
   - Тогда подойди ко мне и сядь рядом.
   Девушка нерешительно приблизилась к нему и села прямиком на нагретую
  солнцем землю. У нее гудела голова и ныло в животе.
   - Ты уверена? - спросил он.
   - Уверена, - ответила она и потом - наверное, от беспомощности -
  начала навзрыд плакать. Питер обнял ее одной рукой, она прижалась к нему,
  собираясь задать вопрос, беспокоящий ее сейчас больше всего.
   - Папа, ты все еще любишь меня?
   - Что? - Он изумленно посмотрел на нее. - Да. Я все еще очень люблю
  тебя, Франни.
   Это вызвало новый взрыв слез, и он прижал ее к себе крепче, будто
  намереваясь защитить от чего-то.
   - Ты огорчен? - немного успокоившись, спросила Франни.
   - Не знаю. До сих пор у меня не было беременной дочери, и сейчас я
  просто не могу привыкнуть к этой мысли. Это Джесс?
   Она кивнула.
   - Ты сказала ему?
   Она опять кивнула.
   - И что же он?
   - Он сказал, что женится на мне. Или даст денег на аборт.
   - Женитьба или аборт, - сказал Питер Голдсмит, раскуривая трубку. -
  Он напоминает мне двуствольное ружье, твой Джесс.
   Она посмотрела на свои руки и вытерла их о джинсы. Руки женщины
  свидетельствуют о ее привычках, считает ее чувствительная мама. Беременная
  дочь. Руки женщины...
   - Мне бы не хотелось лезть в чужие дела, - сказал тем временем ее
  отец, - но разве он... или ты... разве вы