м эта. Он с
  усилием раскрыл глаза. Один из них открывался только до половины.
   Над головой он увидел серый цементный потолок. С обеих сторон - голые
  белые стены. Осмотреться лучше не позволяла жестокая боль во всех
  конечностях. И все же он заметил, что стены исписаны разными надписями и
  испещрены непристойными картинками. Он понял, где находится: в тюремной
  больнице.
   Опершись на локтях, он попытался спустить с койки ноги, чтобы принять
  вертикальное положение. Но тут голову пронизала невыносимая боль, и он
  безжизненно откинулся на подушку.
   Он не кричал, потому что был просто не в состоянии это делать.
   Отдышавшись и дождавшись, пока боль утихнет, он решил повторить
  попытку. На этот раз он был предельно осторожен, и ему удалось медленно
  сесть, а затем встать на ноги. Он медленно доковылял до двери. Она была
  незаперта, и он выглянул в коридор. Прямо возле двери на каталке лежал
  какой-то старик. Справа коридор заканчивался дверью, которая была
  приоткрыта. Посреди коридора стоял стол. Сидя за ним и положив голову на
  руки, в свете настольной лампы дремал какой-то человек.
   Услышав шорох, он встал и медленно направился в сторону Ника. Это был
  большой и высокий полицейский, как показалось Нику, с большим пистолетом в
  кобуре на боку. Приблизившись к юноше, он некоторое время молча
  рассматривал его. Потом заговорил:
   - Когда я был подростком, мы тоже