продолжительная
  вспышка быстро побледневшего синего цвета. К поверхности снова поплыли
  бритвенно-тонкие пересекающиеся линии, и на глазах у Стиви в центральной
  клетке возник нолик. Потом наступила пауза; у девочки екнуло сердце,
  потому что она поняла: что бы ни находилось внутри черного шара, оно
  приглашает ее поиграть. Она выбрала клеточку в нижнем ряду и вписала туда
  крестик. Вверху слева появился нолик, после чего опять наступила пауза -
  чтобы Стиви могла обдумать ход.
   Партия закончилась быстро, диагональю ноликов, шедшей сверху вниз
  справа налево.
   Как только растаял последний штрих, появилась новая решетка, и в
  центре снова нарисовали нолик. Стиви нахмурилась. Кто бы ни сидел в шаре,
  он уже слишком хорошо понимал, как надо играть. Но она храбро сделала ход
  - и проиграла даже быстрее, чем в прошлый раз.
   - Стиви? Покажи мистеру Кричу, что в нас попало.
   Девочка испуганно вздрогнула. Мама с Хитрюгой Кричем стояли
  неподалеку, но не видели, чем она занята. Стиви подумала, что пиджак
  мистера Крича выглядит так, словно тот, кто его шил, держал палец в
  розетке.
   - Можно взглянуть, киска? - с улыбкой спросил Хитрюга и протянул
  руку.
   Девочка медлила. Шар опять стал прохладным и совершенно черным, от
  клеток не осталось ни следа. Ей не хотелось уступать шар этой чужой
  ручище. Но мать наблюдала за ней, ожидая повиновения. Понимая, что сегодня
  зашла в своем непослушании гораздо