девочке казалось, что она слышит потрескивание своих волос, похожее на
  хруст рисовых хлебцев. Она подумала: может быть, пора положить черный шар?
  В нем, расходясь все сильнее, бушевала гроза, и Стиви пришло в голову, что
  новому приятелю могло не понравиться что-то из увиденного на доске
  объявлений.
   Девочка сделала два шага к кровати, намереваясь осторожно положить
  шар и подождать маминого возвращения.
   Но больше не сделала ни шагу.
   Черный шар внезапно взорвался раскаленной, пугающей синевой. Стиви
  хотела разжать пальцы и бросить его, но опоздала.
   С поверхности шара сорвались крохотные молнии. Они сплелись с
  пальцами девочки, пробежали вверх по рукам и плечам, дымком обвились
  вокруг шеи, взвились к ноздрям и широко раскрытым глазам, коконом окутывая
  голову, проникая под череп. Боли не было, но уши заполнило тихое ворчание,
  похожее не то на отдаленный гром, не то на ровный повелительный голос,
  какого Стиви еще не слышала. По волосам Стиви прыгали искры, голова
  запрокинулась, а рот раскрылся в тихом, потрясенном "Ох!"
   Запахло горелым. "Мои волосы!" - мелькнула у Стиви шальная мысль. Она
  попыталась сбить пламя ладонями, но руки ей больше не повиновались.
  Девочке захотелось кричать, глаза заволокло слезами, но звучавший в голове
  громовой голос стал еще громче и поглотил все чувства. Стиви почудилось,
  будто какие-то волны подняли ее, а потом утащили вниз, в синий водоворот,
  у которого не было ни