-
  только около дюжины кошек, которые размножались так быстро, что Коди не
  успевал считать. Эти штуки шныряли по всей округе, а по ночам орали
  детскими голосами.
   Сердце паренька забилось быстрее. Справа приближался его дом - серые
  потрепанные непогодами доски, закрытые ставнями окна. У тротуара стоял
  папашин драндулет - старый темно-коричневый "шеви" с проржавевшими
  бамперами и вмятиной на дверке со стороны пассажирского сиденья. Машину
  покрывал слой пыли, и Коди немедленно увидел, что стоит она в точности,
  как утром, забравшись правыми колесами на тротуар. Что означало одно из
  двух: либо отец ушел на работу в городскую пекарню пешком, либо вообще не
  пошел. А если старик весь день проторчал в душном доме один, за стенами,
  может статься, собирается жестокая гроза.
   Коди заехал на тротуар, миновал дом Фрэсиеров и оказался у себя во
  дворике. Там рос лишь куст юкки, листья которой венчали острые колючки, но
  даже он начинал жухнуть. Коди остановил мотоцикл у подножия бетонных
  ступенек крыльца и вырубил мотор. Тот заглох с лязгом, который, насколько
  было известно парнишке, непременно должен был насторожить папашу.
   Он слез с мотоцикла и расстегнул молнию джинсовой куртки. За пазухой
  обнаружилось задание по труду. Вешалка для галстуков, да не простая: она
  была около шестнадцати дюймов длиной, вырезана из куска палисандра,
  оттерта наждаком и отполирована так, что поверхность на ощупь казалась
  прохладным