- Только минуточку! - взмолился Рэй, как делал каждый раз. Он был
  телевизионным наркоманом, и особое пристрастие питал к скудно одетым
  моделям из видеофильмов МТВ.
   - Сейчас же!
   Телевизор со щелчком выключили, и в кухню вошел Рэй Хэммонд,
  четырнадцати лет от роду. Он был тощим, долговязым, как каланча, глазастым
  (совсем как я в его возрасте, подумал Том) и носил очки, которые немного
  увеличивали глаза: не сильно, но достаточно, чтобы заработать у ребят в
  школе кличку "Рентген". Он жаждал контактных линз и телосложения Арнольда
  Шварценегера; первое было ему обещано после шестнадцатилетия, а второе
  было горячечной мечтой, недостижимой никаким накачиванием мышц.
  Светло-каштановые волосы Рэя были коротко подстрижены - лишь на макушке
  торчали выкрашенные в оранжевый цвет шипы, избавиться от которых его не
  могли уговорить ни отец, ни мать, и он был гордым обладателем гардероба,
  состоявшего из пестро-полосатых рубах и вареных джинсов, которые
  заставляли Тома с Джесси думать, что, мстительно совершив полный круг,
  шестидесятые вернулись. Сейчас, однако, костюм Рэя состоял из ярко-красных
  пижамных штанов, а желтоватая впалая грудь была открыта.
   - Доброе утро, пришелец, - сказала Джесси.
   - Доброе утро, пгишелец, - спопугайничала Стиви.
   - Привет. - Рэй плюхнулся на стул и страшно зевнул. - Сок. - Он
  протянул руку.
   - Пожалуйста и спасибо, - Джесси налила ему стакан сока, подала