Они были ходячей историей борьбы своих предков, их черты зеркально
  повторяли черты рас и племен, пришедших с юга, из Мексики, и с севера, из
  самого сердца страны, чтобы в поте лица выстроить себе дом в Техасской
  пустыне: вот гладкие черные волосы и острые скулы навахо; тут - высокий
  лоб и черный непроницаемый взгляд апача; орлиный нос и скульптурный
  профиль конкистадора, а рядом - светлые, каштановые или рыжие волосы
  приграничных жителей и пионеров, жилистое сложение объездчиков мустангов и
  широкий уверенный шаг переселенцев с востока, явившихся в Техас в поисках
  счастья задолго до того, как в миссии под названием Аламо прозвучал первый
  выстрел.
   Все это было здесь - в лицах и костях, в походке, словечках, манере
  говорить переходящих из класса в класс учеников. По коридорам двигались
  столетия выяснения отношений, угона скота и кабацких драк. Но если бы
  предкам этих ребят, даже одетым в оленьи шкуры истребителям индейцев и
  снимавшим с них скальпы храбрецам в военной раскраске, представилась
  возможность посмотреть, что за мода воцарилась нынче в Краю Благословенной
  Охоты, они перевернулись бы в гробах. У некоторых парней волосы были
  сбриты по-армейски, под ноль, у некоторых - закручены в длинные иглы и
  выкрашены в возмутительные цвета; кое-кто носил короткую стрижку со
  свисающими на спину длинными хвостами волос. Многие девчонки выщипывали
  волосы так же безжалостно, как мальчишки, и красили их даже