енное, чем деньги, - вашу душу, например!
   Раздался взрыв хохота.
   Лючио смеялся вместе со всеми.
   - Я надеюсь, что мы все настолько просвещены современными науками, что не
  признаем существования такой вещи, как душа, - продолжал он, - поэтому,
  предложив ее, как ставку, я, в сущности, предложил меньше, чем один волосок
  из вашей головы, потому что волосок есть нечто, а душа есть ничто! Хотите
  рискнуть этой несуществующей величиной на удачу выиграть тысячу фунтов?
   Виконт выпил коньяк до последней капли и повернулся к нам. Его глаза
  горели насмешливо и вызывающе.
   - Ладно! - воскликнул он.
   Между тем компания уселась. Игра была коротка и в своей быстроте ажитации
  почти безжизненна. Достаточно было шести-семи минут, и Лючио встал
  победителем. Он улыбнулся, указывая на манку, изображающую последнюю ставку
  виконта Линтона.
   - Я выиграл! - сказал он спокойно. - Но вы мне ничего не должны, дорогой
  виконт, так как вы рисковали "ничем"! Мы играли только для удовольствия.
  Если б душа существовала, я бы, конечно, потребовал вашу; между прочим,
  сомневаюсь, что бы я с ней делал!
   И он засмеялся.
   - Что за глупости, не правда ли! И как мы должны быть благодарны, что
  живем в передовые дни, когда подобные глупые суеверия дали место прогрессу и
  чистому разуму! Покойной ночи! Завтра Темпест и я дадим вам полный реванш, -
  безусловно, счастие переменится, и вы, наверное, одержите победу. Еще раз,
  покойной ночи!
   Он протянул свою руку; трогательная нежность светилась