вится, - сказал Лючио,
  беспечно пожав плечами. - Но, увы, я не наслаждаюсь им!
   Теперь мисс Чесней всей особой выражала живейшее удивление.
   - Что делают для вас деньги? - продолжал Лючио, и его глаза,
  расширившись, приняли то странное и задумчивое выражение, которое так часто
  возбуждало мое любопытство. - Свет, может быть, будет у ваших ног, но какой
  свет! Что за мишурная глыба из грубого вещества! Богатство лишь играет роль
  зеркала, чтобы показать человеческую натуру в ее наихудшем виде. Люди
  низкопоклонничают и льстят перед вами, и лгут, чтобы снискать вашу
  благосклонность для собственной выгоды; принцы крови охотно унижают себя и
  свое положение, беря у вас взаймы. Внутреннее достоинство (если у вас такое
  есть) не принимается в расчет; вы можете говорить, как дурак, смеяться, как
  гиена, выглядеть, как павиан, но лишь бы был звон вашего золота достаточно
  громок. Наоборот, если вы действительно велики, отважны, терпеливы и
  обладаете искрой того огня, который укрепляет жизнь и делает ее достойной
  жизни; если у вас роятся мысли, создающие образы, которые должны
  существовать, пока царства не будут сметены, как пыль ветром, и если при
  этом вы бедны, - что же, все на свете будут презирать вас. Богатый
  крахмальщик и Крез, живущий патентованными пилюлями, станет ругать вас.
  Купец, у которого вы покупаете кухонные продукты, может смотреть на вас
  свысока и с пренебрежением, так как не по праву ли только одного своего
  богатства