лал
  первый шаг.
   - Могу я взять их? - спросил я тихо.
   Ее дыхание было неровно, но она смотрела мне прямо в глаза, с улыбкой,
  отлично понимая мою скрытую мысль.
   - Можете! - ответила она. Я поклонился, затворив за ней дверь, и спрятав
  цветы, возвратился, удовлетворенный, на свое место у стола.
  
  XIII
  
   Оставшись со мной и Лючио, лорд Эльтон сбросил всякую сдержанность и стал
  не только фамильярным, но даже льстивым в своем ухаживании за нами обоими.
  Унижение и жалкое желание понравиться нам и снискать наше расположение
  проглядывали в каждом его слове, и я твердо убежден, что если б я холодно и
  грубо предложил купить его красавицу-дочь за сто тысяч фунтов стерлингов, с
  условием уплатить эту сумму в день свадьбы, он бы охотно согласился на
  продажу. Между тем, исключая его личное корыстолюбие, я чувствовал и знал,
  что мое ухаживанье за леди Сибиллой будет принято, как нечто вроде рыночного
  торга, разве только, если мне действительно удастся завоевать любовь
  девушки. Я намеревался попробовать это, но вполне сознавал трудность, почти
  невозможность для нее забыть факт моего колоссального состояния и смотреть
  на меня только ради меня самого. В этом одно из благ бедности, забываемое и
  не ценимое бедняками. Бедняк, если завладеет любовью женщины, то знает, что
  любовь эта искренняя и лишена личного интереса. Но богач некогда не может
  быть уверен в истинной любви. Преимущества богатого замужества поощряются
  родителями и друзьями девушек-невест. И нужно быть действительно