ыка привела меня в сумасшедшее
  состояние. Я никогда не слыхал ничего подобного.
   - Ни я, - сказала леди Сибилла, подошедшая в это время к роялю. - Это
  было волшебно! Вы знаете, она испугала меня!
   - Мне очень жаль! - ответил он с кающимся видом. - Я знаю, что, как
  пианист, я слаб, у меня нет, так сказать, достаточной "выдержки".
   - Вы? Слабы? Великий Боже! - воскликнул лорд Эльтон. - Да если б вы так
  играли перед публикой, вы бы каждого привели в неистовство.
   - От страха? - спросил, улыбаясь, Лючио, - или от негодования?
   - Глупость! Вы отлично знаете, что я хочу сказать. Я всегда презирал
  рояль, как музыкальный инструмент, но, честное слово, я никогда не слыхивал
  подобной музыки, даже в полном оркестре. Необыкновенно! Восхитительно! Где
  вы учились?
   - В консерватории Природа, - ответил лениво Риманец. - Моим первым
  "маэстро" был один любезный соловей. Сидя на ветке сосны, когда всходила
  полная луна, он пел и объяснял мне с удивительным терпением, как построить и
  извлекать чистую руладу, каденцу и трель; и когда я выучился этому, он
  показал мне самую выработанную методу применения гармонических звуков к
  порывам ветра, таким образом снабдив меня прекрасным контрапунктом. Аккорды
  я выучил у старого Нептуна, который был настолько добр, что выкинул на берег
  специально для меня несколько самых больших своих валов. Он почти оглушил
  меня своими наставлениями, будучи несколько возбужденным и имея слишком
  громкий голос, но, найдя меня способным учеником,