для вас.
   - Стало быть, он никогда не женится, - задумчиво промолвила она.
   Я засмеялся.
   - О, никогда! В этом вы можете быть уверены.
   Она замолчала, продолжая играть розами. Ее грудь высоко поднималась от
  учащенного дыхания; я видел ее длинные ресницы, трепетавшие на щеках цвета
  бледных лепестков розы; чистые очертания ее нежного профиля напоминали мне
  лица святых и ангелов в изображении Фра Анджелико. Я еще продолжал в
  восхищении созерцать ее, как она вдруг вскочила с места, скомкав розу в
  руке: ее голова откинулась назад, ее глаза горели, и вся она дрожала.
   - О, я не могу больше терпеть! - дико крикнула она, - я не могу больше
  терпеть!
   Я также вскочил и стоял перед ней изумленный.
   - Сибилла!
   - О, говорите же, наполняйте же до краев чашу моего унижения! -
  продолжала она страстно, - отчего вы не говорите мне, как говорите моему
  отцу, о цели ваших посещений? Отчего вы не говорите мне, как говорите ему,
  что ваш властный выбор пал на меня, что я единственная женщина в целом мире,
  которую вы избрали в жены! Посмотрите на меня! - и она трагическим жестом
  подняла свои руки. - Есть ли какой-нибудь изъян в товаре, который вы
  собираетесь купить? Это лицо достойно трудов модного фотографа и достойно
  продаваться за шиллинг, как продаются карточки английских "красавиц". Эти
  глаза, эти губы, эти руки - все это вы можете купить! Зачем вы томите меня,
  мешкая покупкой? Колеблясь и рассчитывая: достойна ли я вашего золота?
   Она казалась охваченной