Ваша страсть спит - она должна
  пробудиться!
   - Для вас? - спросила она, близко наклоняясь ко мне; мечтательное
  выражение было в ее лучистых глазах.
   - Для меня!
   Она засмеялась.
   - "О, вели мне любить, и я полюблю!" - процитировала она едва слышно.
   - Вы полюбите, вы должны! - пылко твердил я. - Я буду вашим учителем в
  искусстве любви!
   - Это трудное искусство! Я боюсь, что вся жизнь пройдет, прежде чем я
  научусь ему, даже с моим учителем.
   И волшебная улыбка скользнула в ее глазах, когда я поцеловал ее на
  прощанье и пожелал покойной ночи.
   - Вы скажете новость князю Риманцу?
   - Если вы хотите.
   - Понятно, хочу, чтоб он знал!
   Я спустился с лестницы; она наклонилась над перилами, следя за мной.
   - Покойной ночи, Сибилла!
   - Непременно скажите князю!
   Ее белая фигура исчезла, и я вышел на улицу. В моей голове царил хаос, и
  мои ощущения делились между гордостью, экстазом и страданием: нареченный
  жених графской дочери, возлюбленный женщины, которая сама объявила себя
  неспособной к любви и вере!
  
  XVIII
  
   Оглянувшись назад, спустя всего три года, на этот особенный период моей
  жизни, я могу ясно представить себе странное выражение лица Лючио, когда я
  сообщил ему, что Сибилла Эльтон приняла мое предложение. Внезапная улыбка
  придала его глазам свет, какого я никогда не замечал у него раньше:
  блестящий и вместе с тем зловещий, как бы подавляющий в себе гнев и
  презрение.
   Пока я говорил, он, к моему негодованию, играл