елание избавиться от меня. Покойной ночи!
   - Покойной ночи! - ответил я. Мы пожали снова друг другу руки, и прежде,
  чем мы разъединили их, молния вдруг ярко сверкнула, сопровождаемая страшным
  раскатом грома. Электричество погасло, и только огонь в камине освещал наши
  лица. Я был немного ошеломлен и смущен: князь оставался совершенно
  равнодушным, и его глаза блестели в темноте, как глаза кошки.
   - Какая гроза! - заметил он. - Такой гром зимой - довольно необычное
  явление. Амиэль!
   Лакей вошел, его злое лицо походило на белую маску среди мрака.
   - Эти лампы погасли, - сказал его господин, - странно, что цивилизованное
  человечество еще не вполне научилось обращаться с электрическим светом.
  Можете вы поправить их, Амиэль?
   - Да, ваше сиятельство.
   И через несколько минут, благодаря искусным манипуляциям, которых я не
  понял и не мог видеть, хрустальные рожки засветились с новым блеском.
   Грянул другой удар грома в сопровождении сильнейшего ливня.
   - В самом деле, удивительная погода для января, - сказал Риманец,
  протягивая мне руку. - Покойной ночи, мой друг! Спите спокойно!
   - Если гнев стихии мне позволит! - улыбнулся я.
   - О, какое дело до стихии! Человек почти господствует над ней, или скоро
  так будет. Амиэль, покажите мистеру Темпесту его комнату.
   Амиэль повиновался и, перейдя в коридор, ввел меня в большой роскошный
  апартамент, богато убранный и ярко освещенный. Уютным теплом пахнуло на
  меня, когда я вошел. И я, который с детства не видал