кие времена - почти невозможно, да и не
  нужно. Но все же мы дважды были свидетелями, как наши собаки
  обнаруживали куньих. Первым отличился Умберто. В Ярославской
  области, в ее глубинке, шли мы как-то берегом небольшой
  речушки. Умберто и Варька рыскали вокруг. Вдруг в зарослях
  ольшаника он заметался, послышался треск сухих веток, возня
  и потом визг. Нам показалось, что Умберто напал там на
  щенка. С криком "Фу!" бросились на шум и увидели, как собака
  преследует между кустами какого-то юркого темного зверька. В
  мгновение ока пес догнал его и схватил. Услышав брань в свой
  адрес, отбежал с добычей в сторону и не подошел до тех пор,
  пока его не позвали по-хорошему. Поняв, что ничего плохого
  его уже не ждет, Умберто, виновато приблизился к хозяйке и
  положил у ног помятого, но все же живого зверька. Это была
  европейская норка. В другой раз повадки охотника на куньих
  проявила московская Улли во время прогулки у дрессировочной
  площадки "Плющево" в Москве. Хозяйка шла с ней вдоль
  железной дороги по краю парка. Неожиданно собака резко
  свернула в сторону, влезла в кусты и стала их усиленно
  пронюхивать, а потом вдруг зашлепала передними лапами по
  траве (манера хватать предмет передними лапами, одновременно
  и резко выбрасывая их вперед, свойственна шнауцерам). Улли
  еще продолжала суетиться внизу,