внимание и воля были направлены на овчарку.
  Я спокойно начала с ней беседовать. Я сказала, что она
  красавица (так оно и было), что она умная и мою собаку
  трогать не будет. Во время таких переговоров обычно у собак
  исчезает агрессия, потому что даже в такой момент я
  продолжаю их любить всей душой. Как же они это чувствуют!
  Мой пес стоял не шелохнувшись. Но ту, видимо, хозяин сделал
  знак напасть. И в ту же секунду огромная собака накрыла мою
  маленькую собачку. Раздался вопль моего любимца. Все решали
  секунды. Помня наставления Лоренцы, что собаки впадают в
  шок, если их оторвать от земли, я схватила злодея за
  основание хвоста, резко подняла задние ноги и так же резко
  припечатала их к земле (целиком-то поднять такую махину было
  не под силу). Овчарка замерла, тут же забыв о моем вопящем
  псе, медленно развернулась, и мы встретились глазами. Глаза
  умные. Начался немой диалог. Она: "Что это?" Я: "Уходи. Это
  моя собака. Нельзя трогать мою собаку. Уходи. Ты умная,
  красивая. Ах, какая красивая! И очень умная. Ты не тронешь
  мою собаку. Уходи". И даже в этот момент из меня
  выплескивалась - нет, не ненависть - любовь к этой собаке.
  Ведь ее испортил хозяин, разве она виновата? И я была
  услышана. Овчарка перешагнула через моего насмерть
  перепуганного пса и пошла, не