те хозяина только в двух случаях: либо
  если она признает его власть целиком и полностью, то есть,
  хозяин стал для нее авторитетным "вожаком стаи", либо если
  она его действительно любит и потому способна ради него
  пожертвовать собой. Однако если опасность велика, а любви к
  хозяину у этой собаки нет, да к тому же никаких надежд на
  него собака возлагать не может, так как не признает за ним
  авторитета вожака (ведь она на собственном опыте знает,
  что хозяина можно легко обмануть, от него можно
  безнаказанно удрать, наконец, его можно даже припугнуть или
  победить), то она скорее предпочтет позаботиться о
  сохранении своего здоровья и жизни, предоставив хозяину
  самому выпутываться из опасной ситуации.
   Возможно ли осуждать "за измену" такую собаку, подходя к
  случившемуся с людскими мерками морали? Известно, что при
  гибели вожака волчья стая часто распадается. И не потому,
  что в ней нет сильных личностей, потенциально способных
  возглавить стаю, а потому что нет настолько сильной
  личности, которая способна была бы сейчас же доказать свое
  право на власть всем остальным членам стаи. Нет
  авторитетного, явного лидера - "кризис власти" - и
  вчерашняя единая стая превращается попросту в группу
  волков. При первой серьезной передряге каждый член