тротуар. Один из них пытался встать, опираясь
  на руку. Я опять выстрелил, и тогда он замер.
   - Теперь давай вместе, - прокричал я Фэтти.
   - О'кей, - ответил он. - Я готов.
   Мы стали стрелять через дверь. Кто-то вскрикнул от боли и зашелся в
  протяжном крике. Затем мы услышали стон, но это был уже другой голос. В
  ответ они стали стрелять, как сумасшедшие. От этой стрельбы с потолка упала
  лампочка, разлетелось зеркало, и осколки стекла летали по всей комнате.
   Фэтти похлопал себя по ляжкам и засверкал глазами.
   - Черт бы вас всех побрал! - кричал он. Из-за двери отвечали очень
  активно. Я выпустил очередь, чтобы успокоить их, и бросился плашмя на пол. И
  правильно сделал, Маат: теперь начало доставаться и окну. Пули отщипывали
  куски пола в нескольких дюймах от моей головы. Это означало, что ребята
  стреляли из многоэтажного дома напротив. Я отполз немного в сторону от линии
  их огня. Нам повезло, те придурки за дверью лишили нас света. И те, кто был
  в доме напротив, не видели нас и сберегли нам жизнь. Продолжая стрелять, я
  думал, и не мог найти выхода из этого положения.
   Стрельба немного утихла. И тогда в голову мне пришла одна мысль. Это было
  очень рискованно, но в создавшемся положении выбирать не приходилось. Взяв
  канистру с бензином, я заполнил им бутыль емкостью около четырех литров и,
  заткнув ее пробкой, обвязал горлышко тряпкой, намоченной в бензине.
   - Что ты делаешь? - спросил Фэтти, который слышал, как я вожусь